Интервью с Кузнецовой Натальей, депутатом муниципального собрания Останкино

Кузнецова Наталья, депутат муниципального собрания Останкино


Каково ваше представление об Управлении или как вы видите себя в роли управляющего, от дома до города?

Для ответа на этот вопрос нужно знать гораздо больше, чем я сейчас знаю. И хотя знаю я больше, чем предыдущий управляющий, всё равно оказывается, что и этого недостаточно. Чем дольше работаешь, тем отчётливее видно, что знать нужно всё больше и больше.

Дело в том, что Россия сильно страдает из-за отсутствия стабильного законодательства а также постоянно меняющихся правил игры. В том числе и в области управления многоквартирным домом, многие вопросы излишне зарегулированы. Законы должны быть понятными людям, а тем более в случае управления домом. Можно не совершать преступление, и тогда знание уголовного кодекса, например, не обязательно, а вот управлять своим домом нужно всем без исключения. И к тому же только сейчас мы начинаем двигаться в сторону гласности – ещё недавно никто не понимал, за что платит, кому платит и что он вправе требовать. Многие и сейчас не знают.

Само понятие управления домом – оно шире, чем может показаться на первый взгляд. Ведь что такое дом без придомовой территории, подведённых коммуникаций? Встаёт вопрос управление не только самим домом, а определённой территорией. А вместе они складываются в микрорайоны, из которых потом формируются районы и так далее. И управляются эти территории жителями, проживающими на них. И тут мы сталкиваемся с проблемой отсутствия сформированного гражданского общества.

А возможно ли нормальное управление без сформированного гражданского общества?

Конечно же нет! Ведь если жители нашего города остаются безучастными к тому, что происходит в их домах, подъездах – то тем самым они сами создают благодатную почву для произвола. Именно равнодушная позиция жителей – зачастую самый тяжелый якорь в развитии гражданского общества. Причин может быть несколько – например, немало разочаровавшихся людей, которые уже не верят, что можно на что-то повлиять, сделать окружающий мир лучше. Но так нельзя! Да, можно видеть, что где-то плохо, но надо знать, что с этим нужно бороться. Время такое, что куда не посмотришь, на что не обратишь свой взор – везде требуется борьба, буквально на каждом шагу нарушаются права человека, права жителя. И особенно ярко это видно в управлении домом – ведь в нём участвуют все люди, все где-то живут.

Расскажите о вашем опыте управлением этим домом.

Наш дом – один из самых крупных кооперативных домов в Москве. Ведь 22-этажных 7-подъездных домов не так много. Конечно, появляются новые крупные дома, но если там и есть самоуправление – то это уже ТСЖ. Став в сентябре 2011 года председателем жилищного советского кооператива, я сразу поняла – невозможно управлять одним домом, не вступая во взаимодействия не только на территории района (управа и муниципалитет), но и на уровне округа а иногда и всей Москвы. Управление в принципе требует планирования, выставление приоритетов и задач.К сожалению, обычный житель, если он не является при этом чиновником или не сидит на финансовых потоках, практически не имеет возможности участвовать в формировании программы развития своего района, округа, города. Мы отлучены практически в принудительном порядке от управления, я считаю это беззаконие. На данный момент я являюсь муниципальным депутатом в Останкинском районе, и через меня как через депутата проходило утверждение отдельных программ. Однако беседуя с жителями, обходя район, я ужасаюсь состоянию подъездов и домов, бросается в глаза плачевное состояние почтовых ящиков. Насколько мне известно, в 2011 году была городская программа по замене этих ящиков, но почему то в Алексеевском районе я вижу её результаты, путь и выборочно, а в Останкинском – нет и следа. Нарушаются каналы связи, и это дополнительно мешает привлекать людей к управлению, снабжать жителей актуальной информацией.

Возможно какие-то проблемы беспокоят вас особенно сильно?

В последнее время я обратила внимание на крайне острую проблему, и она свойственна не только моему дому, но и всему району, а возможно и всему городу в целом – это работоспособность системы дымоудаления и пожаротушения. Эти системы находятся в крайне неудовлетворительном состоянии. Об этом страшно говорить, но я знаю, что в ряде домов она просто отсутствует. В 2004 был принят соответствующий регламент, описывающий требования к таким системам, установленным в высотных домах. И мне стало известно, что в 2006 году некая фирма “Лаборатория охранных систем”, в Останкинском по крайней мере районе, занималась монтажом систем дымоудаления и пожаротушения. Однако у меня имеются данные о том, что эта фирма не везде поставила эти системы, хотя отчиталась по всем требуемым адресам. Сейчас я разбираюсь с этим вопросом. Уже есть подтверждение от руководителей других домов в районе, что у них подобные проблемы. И по ряду действий пожарников в районе я вижу, что их тоже беспокоит сложившаяся ситуация. Причины их беспокойства неясны, но надо понимать – установка подобных систем – это крайне дорогостоящая услуга. Цена за 1 подъезд моего дома, например, – порядка 2 млн. рублей. Это огромные суммы для обычных жителей, и я думаю скоро начнётся движение снизу, и я несомненно буду его участником, ставящее своей целью публичное обсуждение вопросов пожарной безопасности. Городу Москве требуется выделение средств из бюджета на установку и восстановление систем пожарной безопасности.
Насколько я знаю, даже в новостройке 51 мкр. , в которой недавно случился пожар, подобная система просто не сработала. А нужно понимать, что именно продукты горения являются самой страшной угрозой при пожаре. Современные материалы из которых изготавливают мебель и прочие предметы быта при пожаре выделяют очень токсичные соединения. И если человек, надышавшийся этими дымами, не пройдёт срочный курс лечения в отделении токсикологии, то он может умереть и через 2-3 дня после пожара. При этом у него может не быть ни единого ожога и он мог даже не видеть сам пожар. Это стало мне известно после пожара, случившего в Лосиноостровском районе. Пострадал мой знакомый, и его принудительно положили с отделение токсикологии Склифосовского. Эти вещества не выводятся из организма самостоятельно, требуется специальный курс. И всё равно, определённые необратимые изменения происходят даже при несмертельном отравлении, особую угрозу они представляют для детей. Таким образом ясно, что при пожаре в высотном здании от непосредственной угрозы огня пожарные службы как правило успевают спасать, а вот о аварийных системах дома нужно заботиться заранее. Я очень активно занимаюсь этим вопросом и уже сейчас это даёт результат, в частности для моего дома.

Возвращаясь к теме домового управления, какие ещё проблемы возникают?

До сих пор не возникло конструктивного контакта с рядом ресурсоснабжающих организаций – это и МОЭК, МОЭСК. Те договоры, которые они предлагают нам сегодня – они не подходят, так как не учитывают специфику организации ТСЖ или ЖСК, потому что по их условиям нам придётся платить из неведомых источников деньги за тех жителей, которые будут должниками. Так что на данный момент система оплаты через ЕИРЦ вполне оправдана. К тому же, как я с удивлением узнала, эти организации зачастую не спешат судиться даже с крупными должниками – из бюджета Москвы подобные убытки им компенсируются. Но интересен даже не столько процесс оплаты, сколько понимание из чего складываются эта платёжка, как определяется тариф. Например, зачастую на первом этаже жилого дома располагается какое-либо помещение, оно может быть коммерческим или в собственности города – практически наверняка за их коммунальные расходы платят жители дома. Также отдельный вопрос это взаимодействие с ДЕЗом, так как иногда мы пользуемся их услугами. Некоторые управляющие не могут получить от них достаточной информации, например о подрядчиках или список выполненных работ.

Подведя итог – как Вы в общем оцениваете сложившуюся ситуацию в сфере управления жилищном фондом в Москве?

К сожалению, иначе как катастрофичной ситуацию назвать сложно. Жители абсолютно оторваны от процесса управления, в их руках только скудные, зачастую нерабочие механизмы для контроля. Московский бюджет выделяет огромные деньги на поддержание жилищного фонда, а мы, внизу, не видим и не чувствуем результатов. Потому что они за долгий путь от источника до реального потребителя – жителя конкретного подъезда – растаскиваются, разворовываются, бездарно тратятся. И поэтому по бумагам у нас одно, по отчётам чиновников всё замечательно – а по факту полуразрушенные подъезды и недовольные жители. И практически нет никакой работы по просвещению людей, а без внимательного и заботливого отношения жителей к своему дому всё остальное бессмысленно. В нынешней политической системе явно наблюдается провал в системе воспитания ценностей, который выражается в отсутствии гражданского общества. И, начав решать эту проблему, мы сразу качественно продвинемся вперёд в управлении своей территорией жизни.
+12

Комментарии (2)

RSS свернуть / развернуть
Отличное интервью! Пока не знаю у себя в Ростокино ни одного муниципального депутата, такого же борца как Наталья.
Насчёт пожаров кстати — видел пару дней назад в ЗБ новость, был пожар, мужчина через 3 дня скончался в Склифе. И самое интересное — в сводку погибших от пожара он не попал. Вот так у нас всё горит, а погибших от пожара единицы. Статистика прикрывает.
+ 1
  • avatar
  • Alex
  • 12 марта 2012, 16:56
С пожарами всё только обостряется.
socgrad.ru/blog/621.html#
Это очень серьёзная тема, надеемся что в Останкино она раскрутится.
+ 1
  • avatar
  • Lexx
  • 13 марта 2012, 17:58
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Документ